Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

ковры

Это настоящие патриоты

Цитата из сетевой изра-патриотки:

"Гы.
Вот уж забыла поинтересоваться твоим свинячьим мнением.
***
Что, давно не тявкала - засвербило?
Ну-ну. Давай: "Фас!"".

Ей вторит другой патриот:

упс...)) как тебя опустили )))
так ты здесь на отсосе ...а я с тобой почти как с человеком разговаривал ...


Думаете это нехорошо и ай-яй-яй? Ничего подобного: это и ЕСТЬ израильский патриотизм на русском языке. Другого просто нет.

Продолжение патриотического концерта:

"Продолжаешь тявкать?
На хуй, животное".


Пожалуй, запись эта будет сверху и станет пополняться по мере поступления патриотических восторгов. ;)))[Spoiler (click to open)]
[Spoiler (click to open)]ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 12.12.15

"Россия Израилю в любом случае враг. Что бы там эти подонки из МИД и РАН ни лепетали".

"По-моему, наилучший результат для Израиля в сирийском конфликте - война до победы всеми против всех, желательно еще лет на 20-30".

"
Да, пускай занимаются друг другом до полного" [истребления, надо понимать - itrech].

И за чьто только бедних таких хогоших и несчастных евгейчиков так не лю-ююю-бят???[itrech]

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 29.12.15: "Таблетки"

Это классика, но настолько заезженно, что сейчас употребляют только самые упёртые дежурные тролли. Как вот этот, например:

"график приема лекарств все же надо соблюдать"
"Если вам все двадцать лет твердят про таблетки, вы должны понять, насколько это для вас важно".

Он же продолжает "общение" в третьем лице, обращаясь к хозяину журнала:

С кем ты разговариваешь?
Это или российский платный тролль, или нездоровая на голову женщина. (Они ведут себя одинаково, их трудно различить)

Вот так вот  нас "воспитывают" израпаты.

Пожалуй, не буду больше стесняться приводить ники  "израильских патриотов":
На этот раз патриотически кривлялся человек по кличке:

zaj_gizund

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 18.03.16

А вот еще один патриотик, отправляющий за "неподходящее" мнение к психиатру, знакомьтесь:

"А... Борец с кровавым режимом? Проходите мимо, вам не ко мне, психиатр за соседней дверью. Человеку, не понимающему разницу между государством и частными действиями населения - к нему".


alex_barenberg


(патриотик беседовал в данном случае НЕ со мной)


ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 1.5.16


Привычный  аргумент израильского пропагандиста:

"Скажите, голубчик, а у вас в роду все душевно здоровы? А то знаете наследственность, гены, мутации"...

gigfrans


НОВОЕ ПОПОЛНЕНИЕ 21.5.16

"Это уже серьёзно:кураторы,компьютерный шпионаж,профессиональные евреи,пропагандисты.....
Вам повезло-вы живёте в стране с лучшей в мире медициной".....


Автор обычной для израпитриотов отсылки к медицине:
olury

Кстати, мой комментарий, на который он это написал, был обращен не к нему. Это их обычная манера работать кодлой: разговариваешь как бы с одним, а тут подбегают из стаи: один плюнуть, другой куснуть... Это у них курощение такое, израпитриотическое... Поэтому я считаю, что все русскоязычные сайты в Израиле по сути провокаторские: ни один не ограничивает возможность таких активистов МЕШАТЬ другим людям свободно общаться. Наоборот, такая деятельность поощряется.

И вот следующий комментарий того же olury в ответ на пополнение моей коллекции его опусом:</span>

"Пополняйте коллекцию,но не забывайте о компьютерной защите.И знайте,если что-наша медицина вас не оставит".

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ израпатриотиков-"психиатров" 23.07


coil_label

"Лекарства-то не забывайте принимать. Говорю, как психиатр".

Это еврейская местечковая традиция - объявлять всех, чье мнение не нравится, психами. Я думаю, советскую "карательную психиатрию", про которую они так любят вспомнить при случае, евреи и придумали.

Пополнение коллекции 21.9
Профессиональные борцы с отрицателями Холокоста шутят:

"попользовал таки мулю добрый доктор Менгеле . провёл эксперимент - совсем из черепной
коробочки мозги изъял . их там у мули и так не густо плавало" .



"Муля" - это участник сообщества ЛЛИ с ником Самуэль. Он еврей и живет в Израиле, Холокост не отрицает, но храбрые профессиональные евреи общаются ним так, как процитировано выше. С антисемитами борются, а то как же. Администрацию сообщества ЛЛИ ("Левый либеральный Израиль") это устраивает.

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 24.12.16


Профессиональный еврей kaplasha_69 общается:

"А чего это ты, хуесос, картавить начал, а ?
Евреи залупу в рот засунули? Так соси и не отвлекайся, гнида недодавленная!"


Забавно , что это реплика 2015 года на чей-то комментарий 2013 года.

http://shaon.livejournal.com/177273.html?thread=5875577#t5875577


ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 08.01.17

Он - говно. Как и ты, подонок. И даже хуже. Ибо он подонок с мозгами, а ты - безмозглый подонок. Мразь. Паскуда. Падаль.

Это постоянный сетевой активист из провокаторского сообщества ЛЛИ, высоко ценимый администрацией сообщества. Считается там крупным интеллектуалом.


ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 7.2

Истинный Патриот Израиля и сетевой вертухай с провокаторского сайта ЛЛИ М. Герчиков
залез в частный журнал одного из участников и в качестве комментария к записи (не имевшей никакого отношения к ЛЛИ) оставил там такой след своего пребывания:

Пердун! Твой пердёж в ЛЛИ удалили. Возвращайся! Борись за права пердунов!

http://0bl0.livejournal.com/66034.html#comments

Я думаю, администрация ЛЛИ довольна. Им недостаточно было превратить сайт в провокаторское болото, им надо, чтобы их активисты еще лазили гадить по частным журналам.

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 13.02:

Тут сетевой воспитатель обращается ко мне:

Как же ты достала, вонючка!

http://rusisrael.livejournal.com/7717796.html?thread=90840228#t90840228

А как же! За мнения надо наказывать, иначе какие же это ИЗРАИЛЬСКИЕ сетевые воспитатели!

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 20.2.17

"Я вообще люблю наблюдать за страданиями быдла, лол".

http://rusisrael.livejournal.com/7717796.html?thread=90883236#t90883236

Это аргумент сетевого активиста в запоздалом обсуждении дела Задорова (если кто помнит). Так он отвечает на вопрос, что смешного он увидел в теме.
[Разумеется, сетевой воспитатель внушает, что Задоров виновен. Тот, кто не согласен, объявляется "страдающим быдлом" - это один из обычных приемов сетевых израильских воспитателей]

Можно подробнее рассмотреть эту формулу:
1) Множество эмигрантов в Израиле пострадали реально, тот кто в теме, знает
2) Поэтому издёвка над этим - обычный элемент сетевого воспитания наряду с вариантом "сами виноваты". Да, хотя уже 2017 год, но издёвки всё те же.
3) Дело Задорова было одним из двух показательных процессов, проходивших непосредственно после 2-й Ливанской войны - чтобы русскоязычные, чьи дети участвовали в ней как солдаты, не вздумали "поднять голову" и забыть, что они принадлежат к низшей касте. Роль русскоязычных сетевых воспитателей - израпатриотов - на израильских форумах того времени была заткнуть, унизить и придавить публику (впрочем, как и всегда).
4) Прошло больше 10 лет, с тех пор, как Задоров сел в тюрьму (он был арестован в конце 2016), но сетевой активист не забывает, как нужно нести службу.

ПОПОЛНЕНИЕ ОТ 03.03

Тут забавный случай. Написал человек честно, что боится арабов (а я думаю, что большинство израильтян их боится).

http://az-67.livejournal.com/553317.html

Я ему так и говорю: вот, признались честно. А он:

"пойдете на хуй".

Он бы вот тому арабу сказал "на хуй" - хоть было бы чем похвастаться израпатриоту. А он перед ним-то язык в попу засунул, а на хуй меня, естественно... Типичное поведение для русскоязычных хвастунишек.;)

Повторю это в отдельной записи.

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 14 ИЮЛЯ 1917

Известный сетевой активист steissd, перемежающий пропаганду с житейскими советами уровня отрывных календарей.
Залез в блог жительницы Германии blau kraehe повоспитывать народ и там.

Итак, слово активисту:
"Моим хозяевам потребно, чтобы ты сходил на хер, а вернувшись, отметился в комментариях. Передаю тебе их приказ. И ты его исполнишь, потому что ты холуй. Вперёд, исполнять, жду комментариев!"


ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 03.11.17

Класс. Некий "оппонент", после того, как я несколько раз упомянула о себе в женском роде, пишет:

"Вы - тупой тормозной мудак, который не умеет понимать печатный текст"
Смешнее всего тут слово "тормозной" - сам-то оппонент каков?

Тётка-мудак... Попка-дурак...;)

Пополнения коллекции 09.12.17

https://rav-erev.livejournal.com/87542.html?thread=2554358#t2554358

"Угу, овердохуя вас, микроцефалов ЖЖ, которые все-все про все-все знают".

Ник изра-пропагандиста: marconi_due

НОВОЕ КЛАССНОЕ ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ - ИЗВЕСТНЫЙ СЕТЕВОЙ АКТИВИСТ, "ВОСПИТАТЕЛЬ" РУССКОЯЗЫЧНЫХ ИЗРАИЛЬСКИХ ИММИГРАНТОВ, ШАУЛЬ РЕЗНИК ДЕМОНСТРИРУЕТ ГРЯЗНЮЩИЙ РОТ!!! СПЕШИТЕ ВИДЕТЬ!!!

"Что, подстилка "Русского мира", очередной пукан лопается?"

https://nomen-nescio.livejournal.com/1799072.html?thread=12857760#t12857760

[Особо следует отметить безупречную логику: если пукан - это попа, то предполагается, что у воспитуемого собеседника их несколько]...
;)

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 29 ДЕКАБРЯ 2017:

"приезжай к нам и посмотри, а потом гавкай. каждая блядь тут ещше будет ебальник разевать. теоретик, блядь, эксперт. тебя раввин в детстве в жопу выебал, что ты так воскопиздишься, гнойный?"
Автор: https://gorlum-45.livejournal.com/
Комментарий здесь:
https://colonelcassad.livejournal.com/3901029.html?thread=873375077#t873375077

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ
20 ЯНВАРЯ 2018

Ветеран израильского воспитания steissd удостаивается повторного включения в мою коллекцию!
Искренность должна быть вознаграждена, а тут он совершенно искренен. Цитата:

"Потроллю скрепунов, чтобы у них сосудик в голове от злости лопнул. И тогда если они и смогут ходить, то исключительно под себя".
https://steissd.livejournal.com/

Это не шутка. Это реальное отношение к вам тех, кто подобран заниматься израильской пропагандой на русском языке. Они НА САМОМ ДЕЛЕ такие и НА САМОМ деле вам, обычным людям, "воспитуемым", такого желают и пытаются добиться своей писаниной.

https://nornixi.livejournal.com/73817.html

Это ПОПОЛНЕНИЕ ОТ 10.02.17

НЕ является примером хамского языка, но это - типичный образец воспитания со стороны так называемых преуспевших в Израиле по отношению к остальным русскоязычным:

я считаю, что если человек физически здоров, то все его проблемы - в нем самом, он сам ответственен за свою жизнь и имеет ровно столько, насколько сам себя уважает и любит.

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ ОТ 2 МАРТА 2018

"Ты мне, чмо ничтожное, будешь указывать куда мне идти?
Ты сюда прибежало потявкать?
Не путайся у нормальных людей под ногами, уёбище.
Пшла вон".


https://b-picture.livejournal.com/7795142.html?thread=27312582#t27312582

Это уже фигурировавшая тут в коллекции julinona, активистка с провокаторского сайта ЛЛИ, стиль "защиты Израиля" определяется как тупо-агрессивный с грязными, но неизобретательными оскорблениями, характер местечково-нордический.:)

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 19 МАРТА 2018

"Так нервничаете, что на клавиши не попадаете? Расслабьтесь. В вашем возрасте волноваться - еще сердечный приступ получите".

https://lorien22.livejournal.com/399780.html?thread=5547684#t5547684

ТИПИЧНЕЙШАЯ реплика ИЗРАИЛЬСКОГО сетевого воспитателя, они особенно любят поизмываться над пожилыми.Это наверно еще с Вайцмана пошло, который на сионистском конгрессе еще до 2-й мировой войны объявил старшее поколение европейских евреев человеческой пылью, которая должна погибнуть.

БАНАЛЬНЕЙШЕЕ ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ ОТ 21 МАРТА 2018:

Снова таблетки...

"Что такое? Опять забыли с утречка таблеточки принять?"

https://lorien22.livejournal.com/399780.html?thread=5605284#t5605284

Это господин-товарищ культуртрегер с репортажем о выставке карикатур художницы Зои Черкасской...
Такие у нас тут воспитатели, пасут нас...


Классное пополнение коллекции от 24 июля 2018!!!
Характерно, что этот сетевой автор вещает от имени ценностей иудаизма - ну видать таковы ценности...
В ответ на замечание, что автор унижает израильских выходцев из России антироссийской пропагандой, поступило следующее:

Ещё порция хуйни - и вылетите.

https://nomen-nescio.livejournal.com/1901076.html?thread=13301524#t13301524

Здесь адрес записи автора:
https://nomen-nescio.livejournal.com/1901076.html#t13303828
Это обычная антироссийская израильская пропаганда для внутреннего потребления - чтобы лишний раз пнуть, придавить и запугать обычных людей.

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ ОТ 11.08.18

Окончание диалога:

"Что вам от меня надо, в конце концов?! Отъебитесь!"

https://varana.livejournal.com/1383797.html?thread=9035381#t9035381

Ветка комментариев, которую завершает сей крик души, начинается здесь:

https://varana.livejournal.com/1383797.html?thread=9028981#t9028981

Тут поступил новый смешной шедевр пропаганды от того же автора, проясняющий, так сказать, пропагандистскую линию.
Некого писателя авторша предлагает заклеймить:

"какое-то время в конце 30-х он жил в Хайфе, потом в Тель-Авиве, но... когда было провозглашено государство Израиль, Перуц, ненавидевший всякий национализм, стал выяснять возможность возвращения в Австрию.
Т.е. его следует заклеймить как антисиониста, а значит, антисемита, как говорится, self-hating Jew."

https://varana.livejournal.com/1385509.html

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ ОТ 16.08.18

Тут один израильский активист похвастался было, что он вежлив и я не могу пополнить его опусами свою коллекцию. Но еще несколько взаимных комментариев и ... он прибег к их обычной методи(ч)ке:

"Деточка, не нужно ставить мне диагнозы - уровень вашего образования мне понятен... Жалуйтесь в СПОРТЛОТО, там поймут.
Если захотите отказаться от израильского гражданства обратитесь ко мне, я дам рекомендацию на выход в светлый мир духовности".


https://vladiv.livejournal.com/502709.html?thread=4649909#t4649909

Излишне пояснять, что никаких диагнозов я никому не ставила - я не израпитриот-активист и не пользуюсь методичками по унижаловке.

НОВОЕ ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ 03.09.18.
Товарищ одновременно из Польши, Франции и Израиля, френд Невзлина, изъяснился:

"Сначала дососи, сглотни - потом пизди. А то одно чвяканье от тебя"...

https://izyaweisneger.livejournal.com/1214453.html?thread=6889205#t6889205

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ ОТ 29.09.18

Израильский сетевой активист ОТКРЫТО похвастался, что Израиль участвует в разрушении стран:

https://colonelcassad.livejournal.com/4487308.html?thread=1046030220#t1046030220

"Иранцы могут прыгать с коврами хоть до завтра. Скоро это единственное что у них останется. Индия уже отказалась от иранской нефти, крупные компании выходят из страны, Риал проваливается, уже 180к за доллар.
Еврейское лобби систематично разваливает иранскую экономику, и мы продолжим это делать до ухода исламистов".


Надо заметить, что ни Ирак, ни Ливан, ни Сирия не управлялись исламистами, а значит дело не в исламистах. Этот активист по сути открыто хвастается, что Израиль участует в разрушении стран. То есть участвует в массовых убийствах. Это не я сказала, это активист.

НОВОЕ ПОСТУПЛЕНИЕ, ПЕРВЫЙ ЭКСПОНАТ 2019

Провокаторский сайт ЛЛИ снова "порадовал" новым смачным выступлением ИЗРАИЛЬСКИХ ПАТРИОТОВ (ну, так для этого он и создавался, ясное дело). Итак, вот оно:

Муля! Ты чего? Сам с собой уже базаришь? Совсем плох стал старый придурок.

Автор - завсегдатай провокаторского сайта, г-н Герчиков.

https://left-liberal-il.livejournal.com/2641409.html?thread=39931649#t39931649

Поздравления администрации провокаторского сайта ЛЛИ! Поселенцы вам аплодируют за успехи в "раздавливании левой гадины" на русском языке.

НОВОЕ ПОСТУПЛЕНИЕ. ПРЕДВЫБОРНЫЕ АКТИВИСТЫ 2019.

17.03.19

https://nimmerklug.livejournal.com/2846654.html

"Слава Богу мы не у vladiv, а у меня, так что с полным правом и огромным удовольсивме посылаю тебя, левая гнида, на хуй".

СтОит также процитировать исходную запись сетевого агитатора:

"Россия: нехай Гитлер, лишь бы не Путин!

Израиль: нехай Освенцим, лишь бы не Биби!"

То есть автор недвусмысленно пугает публику: либо Нетаньягу, либо Освенцим. Я всего лишь поздравила его с новым достижением агитаторской мысли.;)))

Пополнение коллекции от 14 апреля 2019

Это от очень просвещенной дамы, френда известного автора, пищущего на темы истории, еврейской и не только, o.aronius

"Мозги надо иметь и тогда не будет проблем с пониманием. А у вас их печальное отсутствие.
В частности в наличии путаница между понятиями : правый, левый, религиозный, светский. Да и понятия крайне правого выдержаны в духе идиотов лефтлиберал-ру ".


https://o-aronius.livejournal.com/1128274.html?thread=24027730#t24027730


НАШИ ДИРИЖЕРЫ или ПОПОЛНЕНИЕ ОТ 15 АПРЕЛЯ

Один комментатор без всякого хамства высказал свое несогласие в комментарии к записи известного канадско-израильского активиста, (по совместительству приверженца лозунга "вата должна страдать!").

Тут явился известный дирижер-воспитатель, ветеран сетевого гнобления русскоязычных, с заявой:

"Грег, а нельзя орла куда-то убрать? Вместе с запахом?"

https://grihanm.livejournal.com/530585.html?thread=8202649#t8202649

Автор записи взял под козырек:

Леат леат :) ["Постепенно, постепенно" - itrech]

Так что, No fear, товарищи! Нас блюдут неусыпно! До 120...

ПОПОЛНЕНИЕ КОЛЛЕКЦИИ ОТ 19 АПРЕЛЯ

Это пополнение пикантно тем, что автор цитаты - г-жа ЭКСКУРСОВОД, которая водит ЭКСКУРСИИ ПО ИЕРУСАЛИМУ.
Антирекламой это считаться не может, так как наверняка найдутся люди, которым нравится подобный базарный уровень общения, который демонстрирует человек, берущийся рассказывать об истории и культуре.

Реплика ЭКСКУРСОВОДА:

"воспитывать вас никто не будет, эту возможность упустили ваши родители полвека назад, теперь уже бесполезно"

https://tozhe-kot.livejournal.com/694768.html?thread=13049584#t13049584

Реплика последовала после того, как сама г-жа экскурсовод, обсуждая юзера itrech со своими друзьями, назвала этого юзера "оно". Про базарное хамство друзей и говорить нечего.;)

Это и есть цвет израильских русскоязычных "интеллектуалов".Какая страна, такой и цвет.;)

ПОПОЛНЕНИЕ ОТ 28 АПРЕЛЯ

Комментарий и ответ на него. Первый комментатор пишет оппоненту "Вы". Второй комментатор - сетевой русскоязычный израильский патриот, и этим все сказано.

1 - То есть, то, что я написал, Вам не понравилось, но аргументов у Вас не нашлось?
Так и запишем ...


2 Можешь не только записать, но и донести. Слава Богу не у Сукинберга пишем.

https://vladiv.livejournal.com/533144.html#comments

НОВОЕ ПОПОЛНЕНИЕ ОТ 28 АПРЕЛЯ

Что-то стало много новых поступлений. Наверно, победа на выборах возбудила сторонников гнобления всего, что движется...;)

Итак, новые поступления грязноротых обитателей местечка, снабженных однако методичками:

"Какое трогательное единодушие (единомыслие) леволиберального интеллектуала и злобной идиотки!"

https://vladiv.livejournal.com/533144.html?thread=4988312#t4988312

27.05.19

МЕГАФОРУМЦЫ ОЖИЛИ

"всех русских евреев необходимо массово депортировать обратно в Россию. Русские представляют для Израиля смертельную опасность. А русский язык необходимо законадательно запретить в Израиле".

"старые совки и вата, путиноиды и сталинисты, все поголовно голосуют за эту гебешную мразь и мафиози".

Это вчера Нетаньягу велел травить Либермана, так сохнутовские активисты бросились в интернет травить "русских"...;)))

https://o-aronius.livejournal.com/1139898.html?thread=24182202#t24182202</ <span style="font-size: 1.8em">СКРОМНЫЙ ЭКЗЕМПЛЯР ОТ 04.07.19</span>

Тут ничего особенного, банальный мат:

Ты видимо совсем дебил и что то доказывать тебе бесполезно, по сему иди нахуй и наслаждайся этим

https://colonelcassad.livejournal.com/5102772.html?thread=1224242612#t1224242612

Но израпатриотизм налицо.;)))

НОВЕНЬКОЕ ОТ 17.10.19

Израпатриот-ветеран, который регулярно "пасет" мой журнал, наконец отличился, отдав мне НЛП-приказ "НЕ ЖИВИТЕ".
Интересно, в какой конторе их обучали дешевенькому НЛП?;) Судя по тому, что некоторые из них уже общеизвестны, как бывшие стукачи времен СССР, любого из них можно заподозрить, что он подвизается на ниве профессиональнгого садизма еще с тех времен, и опыт таких деятелей сочли полезным в Израиле, приставив их "воспитывать" русскоязычных эмигрантов.

https://itrech.livejournal.com/136080.html?thread=193168#t193168

Кстати, ветеран ИЗРАИЛЬСКОЙ ПРОПАГАНДЫ наверняка хотел спровоцировать меня на то, чтобы и я пожелала ему смерти. Садисты всегда считают своих клиентов слишком уж глупыми, на этом и прокалываются.
ковры

Рассказ арабского автора, пересказ

Пересказ с иврита (естественно, не перевод) рассказа арабского автора из сборника рассказов арабских авторов, переведенных на иврит.
Автор - Яхи Яхлиф (יחיא יח'ליף), насколько ивритское написание позволяет прочитать его имя.

Красивая женщина


1


Мы работали вместе на фабрике, где делали рахат-лукум. Лето было длинное, оно тянулось бесконечно и впивалось в нас кривыми когтями хищной птицы. [Далее]Я был слабосильным парнишкой со сморщенной душой старика. Она была молодой женщиной с чистым лицом и ясными глазами. Волосы она прятала под платком, который придавал ее щекам цвет красных яблок. Ее звали Интизар. Работа у печи была нам не по силам. До конца рабочего дня выдерживали только парни, ходившие на тренировки в молодежный клуб в лагере беженцев. Заморыши вроде меня, питавшиеся только баклажанами, тушеными с помидорами, ослабевали и часто теряли сознание через два-три часа. Поэтому мы по большей части работали на упаковке. В то жестокое лето мое сердце билось, как крылья птенца, который впервые пытается взлететь. Старик, скрытый под моей одеждой, провожал Интизар, которая была старше его на несколько лет, до конца улицы, где дорога раздваивалась. По ночам из его груди взмывали вольные птицы.

В один из дней кто-то из рабочих высыпал на меня сахарную пудру. Внезапно Интизар принялась облизывать мою одежду. Минуту я стоял ошеломленный, а потом обнял ее и тоже стал облизывать ее платье. Мы были, словно дети, которые плещутся голышом в воде и тузят друг друга в неудержимой радости.
На следующее утро я поджидал ее на шоссе. Ждать пришлось долго. Она приблизилась ко мне, грызя яблоко, и протянула мне руку. Я почувствовал, что в руке моей птица, и она дышит.
- Почему ты сидишь здесь? – спросила она.
- Я жду тебя, - ответил я, - У меня есть хорошая новость.
- Хорошая новость?
- У нас дома будет свадьба.
- Чья?
- Одной из родственниц моей матери (1).
Лицо Интизар округлилось в радостной улыбке.

В тот день на фабрике прошел слух, что Человек-бык, хозяин фабрики, умер. Лицо Интизар помрачнело. Я подошел к ней.
- Это только слухи, - сказал я.
Интизар молчала.
Я снова стал рассказывать ей о свадьбе, которую будут праздновать в нашем доме, я говорил о напитке из изюма, о розовой воде и замороженном лимонаде, которые подадут на стол. Интизар крутилась вокруг меня, как резвый жеребенок.
- Как до вас добраться? – спросила она наконец с сияющим лицом.

На свадьбу она явилась в сопровождении пожилого человека в синем берете. Губы ее были накрашены красной помадой, и платье ее тоже было красное. Плечи покрывал белый шерстяной шарф.
Посреди комнаты танцевали несколько женщин. Одна высокая, другая на первых месяцах беременности, третья с желтым морщинистым лицом.
Толстая женщина била пальцами в барабан в дьявольском ритме. В конце концов Интизар осталась танцевать одна. Я смотрел на нее, пораженный, переводя взгляд с нее на присутствующих, чтобы видеть, как они любуются моей красавицей, моей ясной луной.
Но это продолжалось недолго. Одна из женщин обвинила Интизар в краже браслетов. Интизар выгнали с позором. С этого момента неприятности следовали одна за другой. Хозяин фабрики неожиданно вернулся, как будто воскрес из мертвых. Он жаждал расквитаться с нами за обиду. Моя красавица пришла в бешенство и взрыв этот раскатился долгим эхом.

2

Я был тогда молодым парнишкой. Парнишка этот каждое утро выходил из жестяного домика и шел в город. Солнце палило его макушку. Раз в год ему случалось слечь в постель от недоедания и малокровия. Парнишка, которым я был, недомерок, обутый в сандалии летом и зимой, стеснялся по праздникам пойти кататься на каруселях в своей заплатанной одежке.
Парнишка, которым я был, стоял на утренней переменке, опустив голову, в очереди вместе с такими же бедными учениками, чтобы выпить стакан молока.
Я был сутулым мальчишкой со слезящимися глазами, ненавидевшим получать пилюли с рыбьим жиром у доктора Дахмаша, мальчишкой, который продавал газеты возле авторемонтной мастерской и вареную кукурузу у входа в кинотеатр.

В то лето я работал на фабрике, где делали рахат-лукум. Я хочу сказать – мы вместе работали в то беспощадное лето. Я был мальчишкой, она – молодой женщиной. Ее звали Интизар. Пускай сердце ее будет полно радости, где бы она сейчас ни находилась. Фабрика была старого образца, и лакомство изготавливалось по старинке. Нашей обязанностью было раскладывать маленькие кубики лукума в картонные коробки разных размеров и посыпать их сахарной пудрой. Хозяин сидел на возвышении и надзирал за нами. Большинство из нас являлись сюда из лагеря беженцев и работали на фабрике в летние каникулы, до самого последнего дня. Было также несколько пожилых женщин, и только одна молодая. Правил было много, и они были суровы. На рабочем месте запрещалось разговаривать с соседом. Запрещалось выходить по малой нужде чаще, чем один раз в день. Запрещалось жевать что бы то ни было. Нельзя было положить в рот даже один-единственный кубик рахат-лукума, сочный и пахнущий розовой водой. Нельзя было также класть его в карман, чтобы съесть в конце дня или скормить младшему братишке.
Хозяин сидел на высоком стуле. Ему подавали чай, приносили подносы с едой, зажигали ему кальян, приглашали к нему чистильщика обуви, подносили в дар арбуз и виноград. К нему приходили оптовые и розничные торговцы. Он писал расписки, получал деньги, подписывал счета. Он никогда не отлучался. Он следил за нами, пересчитывал нас, помечая, кого нет, и прогонял тех, кто отсутствовал два дня. У ворот фабрики толклись и другие ребятишки из лагеря беженцев и молились, чтобы им досталась работа. Он испытующе оглядывал нас. Тот, кто бледнел или дрожал, подвергался обыску. Если отыскивался спрятанный в его одежде кусочек лакомства, он получал пощечину, лишался дневного заработка и, вместо упаковки, его отправляли работать у печи.
Мало кто выдерживал полный рабочий день в то лето, воздух которого имел привкус острого перца. Заморыши вроде меня падали через несколько часов. Там, на фабрике, сердце мое сильно билось и взлетало ввысь.
Мы работали бок о бок. В полуденный перерыв я уходил в уголок с коробкой своей еды, и минуту спустя подходила она. Она приносила с собой вареное яйцо, коробку сардин, лук, щепотку соли, сухие шарики фалафеля и делилась со мной. Мы ели это, запивая водой. Мы жаловались друг другу на боль в ногах и в спине, которая болела из-за того, что при упаковке лукума нам все время приходилось наклоняться. Мы говорили о Человеке-быке, который не отпускал нас домой до наступления темноты. Эти минуты были кратки. Фабричный сторож торопился объявить конец перерыва, и мы снова шли наполнять коробочки лукумом, продолжая беседовать без слов. Время от времени мы поглядывали в окно, следя за клонящимся к закату солнцем.
В конце дня одетый по-мальчишески старичок, которым я был, шагал рядом с красивой женщиной, на голову выше его. В конце улицы их пути расходились. По ночам в его сердце вспыхивали искры страсти, и вольные птицы взмывали из груди.

3

Однажды Человек-бык пропал со своего наблюдательного поста. Его пустой стул смотрел на нас, как разинутая пасть. Под ним появился сторож и приказал:
- Идите работать.
Сторожа никто не боялся. Давящее присутствие Человека-быка давно лишило его всякого авторитета. Мы работали медленно и нехотя. Забар, красивый парень, который работал на упаковке рядом с нами, встал и начал петь. Голос его зазвенел внезапно, как разбившееся стекло. Сначала он пел один, но вскоре все мы присоединились к нему. Потом были нарушены и другие правила. Мы без страха ели рахат-лукум и прыгали на мешках. Кто-то обсыпал меня сахарной пудрой. Интизар схватила меня за плечи и стала слизывать ее с моей одежды. Я, обняв ее, слизывал пудру с ее платья. Мы играли и резвились, и пошли есть раньше положенного времени. Наконец сторож велел нам идти домой. На развилке улицы она в первый раз пожала мне руку. Мне пришлось встать на цыпочки, чтобы заглянуть ей в глаза.
На следующее утро я ждал ее на шоссе. В конце концов она появилась и подошла ко мне. В одной руке у нее было яблоко, другой она взяла меня за руку. Мне казалось, что я держу в руке ее сердце.
- Почему ты здесь сидишь?
- Я жду тебя. У меня есть хорошая новость.
- Какая?
- У нас дома будет свадьба.
- Чья? – она была приветлива и голос ее звучал приятно.
- Одной из родственниц моей матери.
- Там будут барабаны? Песни? Танцы?
Я кивнул, и она обрадовалась.
- Невеста красивая? У нее есть золотые зубы? Она купила кольца и браслеты? Она будет в белом платье? И с заколкой в волосах? Они будут жить отдельно или с родителями мужа?
Всю дорогу до фабрики она расспрашивала, а я на все находил ответ. В моем воображении мы шли по полям, покрытым цветами и травами. Дикие кони скакали на просторе, и месяц обрушился с неба и шагал с нами рядом. В полях ходили девушки с цветками граната в волосах и с губами цвета шелковичных ягод.
Она задавала вопросы, я отвечал, и радость моя росла.
В этот день стул Человека-быка снова был пуст. Наши товарищи сидели, собравшись в кружки. Те, кто работал у печей или на изготовлении выпечки, тоже покинули свои места и столпились кучками. Никто не знал, что случилось. Сторож, который привык спать на фабрике, отпирать и запирать двери, тоже ничего не знал. Кто-то повторил несколько раз:
- Человек-бык умер.
При упоминании смерти лицо Интизар омрачилось. Забар, чей голос был слаще сахарной пудры, сказал:
- Если он и правда умер, пускай кто-нибудь придет и заплатит то, что нам должны.
Мы с Интизар уселись в углу среди мешков, предоставив старшим их споры.
Я снова рассказал ей о чудесах предстоящей свадьбы. О напитке из изюма, о розовой воде и лимонаде, о засахаренном миндале, сладком хумусе и печенье.
- Придешь?
Лицо ее погрустнело. Она взглянула на свои руки и одежду. Казалось, что она еще больше огорчилась, как будто мысль о свадьбе пугает ее сильнее, чем смерть. Вдруг она встала и присоединилась к старшим, которые громко спорили о своих правах.
Забар разорвал мешок с сахаром и стал насыпать его в бумажные кульки, которые он раздавал рабочим, крича:
- Сегодня вечером будете пить чай с сахаром, сегодня приготовите детям сладкую кашу!
Мой резвый жеребенок крутился между ними. Наконец она вернулась ко мне и спросила:
- Как описать мужчине дорогу до вашего дома?
Я ей объяснил ей, как до нас добраться.
Она посмотрела на меня так, как будто гляделась в зеркало и поправляла волосы.

4

Моя мать открыла шкаф и вынула мою белую рубашку и темно-синие штаны. Еще раньше, утром, она подмела обе комнаты и крылечко, полила пахучие цветы и мяту и вытащила из старого сундука, подаренного ей к ее свадьбе, простыни, наволочки и скатерти. Все эти вещи стоили дорого и вынимались только по праздникам. Она вымыла окна и приготовила рис с мясом для невесты и ее матери. После полудня начали раздаваться радостные возгласы. Невеста вышла в другую комнату, чтобы переодеться, и женщины из нашего квартала, разодетые в свои лучшие наряды, стали собираться у нас. Моей обязанностью было стоять на крылечке и отгонять ребятишек, которые пытались затесаться среди женщин.
Толстая женщина из нижнего квартала часто забила в барабан, что означало начало празднества. Нарастающий барабанный бой привел ребятишек в неистовство. Они карабкались по стенам, вставали друг другу на плечи, повисали на веревках, привязанных к ветвям деревьев – только бы увидеть происходящее в доме. Я продолжал стоять на страже, то и дело поглядывая на дорогу, ведущую из города.
Дети наконец устали и собрались вокруг старого инжирного дерева, листья и побеги которого высохли и опали, и остался голый скелет. В солнечные дни женщины развешивали на нем покрывала и толстые одеяла.

В конце концов она появилась. Рядом с ней шел пожилой мужчина в темно-синем костюме и синем берете. Я догадался, что это был один из армян, продававших в городе бутерброды с пастрамой. На ней было красное платье, плечи окутывал белый шерстяной шарф. Губы тоже были накрашены в красный цвет. Она сказала:
- Это мой отец, он привел меня и вернется, чтобы забрать меня домой. Пожилой человек приподнял берет, кивнул и ушел. Она тотчас же шагнула на крылечко и непринужденно, по-свойски, вошла в дом.
Я подбежал к матери и сообщил ей, что явилась приглашенная мною девушка. Моя мать, сидевшая в окружении женщин, встала ей навстречу, взяла ее за руку и усадила около невесты. Когда я вернулся на свой пост на крылечке, я увидел, что старик неторопливо возвращается. В одной руке у него была сигарета, а другую он держал в кармане. Он что-то напевал себе под нос. Он остановился и стал смотреть на ребятишек. На миг мне показалось, что он похож на наше инжирное дерево, упрямо силившееся жить.
Наконец поток приглашенных иссяк и дверь закрыли. Я с трудом пробрался между женщин и встал напротив Интизар. Она улыбнулась мне. На ее лице был отблеск радости, которая озаряла дом. Правда ли, что я повзрослел в эту минуту на много лет? Правда ли, что я стал выше ростом?
Толстая женщина со слоем светлой пудры на лице била в барабан все неистовее. Посреди комнаты танцевали несколько молодых женщин. Одна, высокая и тонкая, извивалась в своем собственном ритме, глухая к звукам барабана. Другая, на первых месяцах беременности, танцевала тяжело и осторожно. Третья, худая, с желтым лицом, в своем танце напоминала муху, которая беспомощно трепыхается, лежа на спинке.
Вдруг толстуха перестала бить в барабан и потребовала нагреть его у лампы, чтобы размягчить кожу. Требование ее было исполнено, и она принялась барабанить с новой силой. Ее дьявольские пальцы колотили в барабан в таком темпе, что даже бесы могли бы пуститься в безумную пляску.
Мать невесты подошла к Интизар и вывела ее на середину. Интизар, смутившись и покраснев, постояла с минуту, но потом сняла шарф, отбросила его в сторону и начала танцевать. Высокая девушка перестала извиваться и отошла в сторонку, а вслед за ней и беременная женщина. Женщина-муха трепыхалась еще несколько секунд, пока высокая не подошла к ней и не потянула ее за подол. Интизар осталась одна. Все гостьи окружили ее, хлопая в ладоши. Ноги ее ступали легко, бедра покачивались из стороны в сторону, руки словно плели в воздухе косы. Она продвигалась вперед, сосредоточенная, как львица перед прыжком, и возвращалась назад, словно паря в воздухе. Она кружилась и кружилась вихрем, а потом движения ее замедлились и уподобились порханью бабочки. Вытянув шею, она стала похожа на голубку в полете. Барабан неистовствовал, вокруг оглушительно хлопали в ладоши. Волна агрессивности, явной и подавляемой, затопила комнату. Интизар отступила назад, растаяла, как пена, и у танца появился привкус слез. Она остановилась посреди комнаты.
Толстуха, словно в дурмане, продолжала колотить в барабан. Мать невесты попросила Интизар танцевать еще, и та стала двигаться медленно, с потемневшим лицом и невидящим взглядом. Она с силой топала об пол, подрагивая всем телом. Казалось, она хочет отряхнуться. Потом она подняла голову, будто взбиралась в гору, будто пасла стада облаков, и затряслась сильнее. Она как будто нехотя улыбнулась и мягко опала, как волна, но оглянувшись кругом и как будто вспомнив, что должна угодить присутствующим, снова стала двигаться в убыстряющемся ритме и прясть невидимые нити перед бледными девушками, перед грузными женщинами, перед глазами, в которых радостный взгляд появляется раз в год. Когда она остановилась, мать невесты снова подошла к ней, упрашивая ее танцевать в третий раз.

И тогда, сквозь звук барабана и гул голосов, раздался отчаянный крик. Беременная женщина кричала, что из сумки у нее украли золотые браслеты. Она распалялась все больше и больше, выкрикивала проклятия и рыдала, требуя сломать воровке руку.
Среди женщин разгорелся спор. Мать невесты, в страхе за доброе имя дочери, предложила обыскать всех гостий. Никто не возражал. Одна за другой они становились перед беременной женщиной, и та проводила руками по их телу и проверяла содержимое их сумок. Каждый раз, когда заканчивался очередной обыск, я чувствовал себя так, как будто меня раздели при всех догола. Когда очередь дошла до Интизар, сердце мое готово было взорваться. Я мысленно повалил беременную женщину на пол и размозжил ей голову. Обыск начался. Женщина протянула руку к груди Интизар, к ее бедрам, потом попросила снять туфли. Затем Интизар протянула ей сумочку. Женщина схватила раскрытую сумочку и завопила:
- Я их нашла! Сокровища невинных не пропадают!
Она схватила Интизар за волосы, продолжая голосить:
- Эта женщина – преступница и воровка! Она не из нашего лагеря! Эта цыганка пришла сюда воровать наши браслеты! Смотрите, вот мои браслеты, у нее в сумке!
Женщины обступили Интизар и в изумлении смотрели на браслеты. Интизар сказала слабым голосом:
- Это мои браслеты. Я заработала их в поте лица.
Она подняла глаза и посмотрела на меня. Я кивнул ей, давая понять, что я ей верю. У меня было чувство, как будто они выдирают волосы мне. Мать невесты освободила волосы Интизар из рук беременной женщины. Интизар стояла посреди суматохи, бормоча снова и снова:
- Это мои браслеты… Я заработала их в поте лица…
Но мать невесты вытолкала ее из дома, закрыла за ней дверь и, возвратившись, сказала:
- Слава Богу, украденное нашлось, и воровка не из наших. Слава Богу.
Она поцеловала беременную женщину в щеку, усадила ее на прежнее место, подала ей дополнительную пригоршню сладостей и попросила мою мать продолжить празднество торжественными возгласами. Мать послушалась, но голос ее звучал бледно и надтреснуто.
Во дворе Интизар поравнялась со стариком, который ждал ее у инжирного дерева, а потом их поглотила тьма. Жених увел невесту. Вслед за ними стали расходиться и женщины. Мать невесты ушла, не отведав мяса с рисом. Комната была полна пустых стульев и мусора. Белый шерстяной шарф висел на одном из стульев, как оторванное крыло. Моя мать оставила все, как есть, и отправилась в постель в слезах, бормоча:
- Нам уже не праздновать, радость – это не для нас.

5

Утром, перед призывом к молитве, кто-то постучался в дверь. Я проснулся, и мать проснулась тоже. Она покрыла голову и отворила дверь. У входа стояла беременная женщина. Мать встретила ее холодным молчанием и жестом пригласила войти. Женщина уселась перед нами, глаза у нее были распухшими. Она закрыла лицо руками и расплакалась.
- Я напрасно оскорбила вчера вечером эту девушку, - сказала она, - Когда я вернулась домой, я нашла браслеты у себя в шкафу.
Она немного помолчала. Плечи ее тряслись. Она вытащила из сумочки две пары браслетов и показала их нам.
- Смотри, тетушка… Вот это мои браслеты, а это – её… Видишь, как они похожи?
Мать молчала. Женщина посмотрела на меня.
- Это браслеты той девушки, которая работает вместе с тобой на фабрике. Верни их ей и скажи, что я готова поцеловать ей руки и ноги. Я прошу у нее прощения. Я беременная женщина и не смогу вынести упреков от обиженной девушки.
Моя мать пожалела ее и приготовила ей кофе. Браслеты лежали передо мной, как бомба, начиненная взрывчаткой.
Почему Интизар молчала? Почему не обрушились горы и не сотряслись основания мира?
В это последнее утро я взял свою коробку с едой, белый шарф и браслеты и вышел из дома. Я шел осторожно, чтобы не расколоться пополам.
Ворота фабрики были закрыты. Я постучал раз и другой. Ворота открылись. За ними стоял незнакомый человек. По его разговору я понял, что это новый сторож. Пальцы у него были толстые, как коровьи копыта.
- Чего тебе надо?
- Я здесь работаю.
- Подожди.
Я ждал. Что-то происходило внутри. Похоже было, что они там режут теленка и собираются содрать с него шкуру прежде, чем откроют мне. Когда дверь открылась, за ней стоял сторож с бамбуковой палкой. С ним были еще двое незнакомых мужчин. Один из новых охранников сурово смерил меня взглядом, как будто оценивая мою силу.
Пройдя несколько шагов, я подошел к своему обычному месту возле Интизар. Я не осмеливался посмотреть на нее. Она ничего мне не сказала. Человек-бык, казалось, что-то замышляет. Где он был? Когда он вернулся?
Тут он спросил громким голосом:
- Никто из вас не станет признаваться?
Я в растерянности оглянулся вокруг. Что он хочет узнать? Что означают его слова?
Из внутреннего помещения вышел прежний сторож, бледный и сгорбленный.
- Кто разорвал мешки с сахаром? – рявкнул на него Человек-бык.
Сторож затрясся.
Я поглядел на Интизар. Лицо ее ничего не выражало. От вчерашнего оживления не осталось и следа. Человек-бык завопил:
- Ты, изменник!
Голос его звучал как глас самого безумия. Он поднял железный прут и обрушил его на голову сторожа. Тот покачнулся, глаза его закатились, так же, как и наши, и он рухнул на пол.

По мне текли струйки пота. Я чувствовал все свои кровеносные сосуды, красные и синие. Кровь моя кипела, сердце прыгало, как лягушка, грудь расширялась и сжималась. "Все способы могут пригодиться", - думал я, - "Может быть, придется пустить в ход зубы".
Вдруг вперед вышел Забар. Молодой красавчик Забар, с копной густых волос. Он посмотрел на Человека-быка. Его тонкое лицо было спокойно.
Как же Человек-бык взмахнул в воздухе железным прутом. Как же он обрушил его на правое плечо Забара. Как послышался сдавленное "ай". Как Забар покачнулся и упал.
Интизар бросила свой пакет с едой на пол. Может быть, он выпал у нее из рук. Я поглядел на нее. Губы ее дрожали. Ноздри раздувались. Грудь поднималась и опускалась. Казалось, что она распадается на части, но спустя минуту они снова слились воедино, как будто гнев ее сгустился. Она сделала шаг, и еще один, встала перед Человеком-быком и завопила. Тот разинул рот, и она впилась ногтями прямо ему в лицо. Человек-бык закричал от боли. Охранники оттащили Интизар за волосы. Она плевала им в лица, и ее лицо напоминало мне камнепад. Она плевалась и выкрикивала ругательства – те, что припасены у жителей жестяных кварталов. Они вытащили ее наружу, и голос ее доносился уже издалека. Я пробрался между рядами и выбежал вслед за ней. Охранники вышвырнули ее за медные ворота.

Мы пошли вместе. Сначала она плакала, потом умолкла. Волосы ее были растрепаны, глаза распухли. Я не решался заговорить. На развилке, у поворота, она остановилась и поправила волосы. Потом посмотрела на меня, как будто хотела сказать, что нам суждено расстаться. Улица была безлюдна. Мир стал крохотным. Я отдал ей браслеты и белый шарф. Она надела браслеты на руку. В глазах ее не было удивления. Она накинула на плечи шарф и протянула мне руку. В моей руке оказалась мертвая птица. Она освободила руку, повернулась ко мне спиной и ушла.

Я вернулся в лагерь. Большинство его обитателей разбрелись в поисках заработка, только дети и вдовы грелись на солнышке у порогов. Во дворе старуха развешивала на ветвях инжирного дерева, походивших на рога, детское белье.



(1) невеста празднует свадьбу с женщинами, отдельно от мужчин
ковры

Заблудившийся на дорогах жизни, 31я гл. 3-й ч., пересказ. "Змеиный корень"

[Spoiler (click to open)]ЗМЕИНЫЙ КОРЕНЬ (1)

Месяцев семь мне не доводилось повидаться с Шломо, и я думал, что он уже отправился в путь, после того, как, по дошедшим до меня слухам, он вынужден был оправдываться перед судом, почему он не ходит в церковь и не вкушает пищу вместе с христианами. Он вышел невиновным, так как сумел отвести от себя подозрения. Однажды вечером пришел какой-то мальчик и позвал меня выйти с ним на улицу. Там он сказал, что Шломо ждет меня у моста, и я отправился туда. Шломо взял меня за руку, и приведя меня в дом, где он жил, далеко за городом, сказал: "Ты уже много раз проявлял милость к несчастному, который с тобой говорит, будь ко мне добр и на этот раз. Если ты мне не поможешь, я пропал"… -"Что еще с тобой случилось?" – спросил я с тревогой. – "Ах! Я еще не знал, как велико мое несчастье, но не будем терять время на пустые слова и сетования, от которых нет пользы. Знай, что моя дочь забеременела в блуде". Я весь задрожал, услышав это, а он продолжал: "Скоро ей придет время родить, и лучше мне умереть, чем отдать ребенка чужому народу. Он будет евреем, а если нет, я наложу на себя руки". – "Но чем я могу помочь тебе?" – вскричал я в замешательстве. – "Дай мне совет, как спасти ребенка. Никто до сих пор ничего не знает, и потому спасти его нетрудно". – "Но, живи моя душа, что я могу тебе посоветовать?" – "Послушай меня, и, если ты и вправду мне друг, как я верил до сих пор, ты мне поможешь. Вот восемьсот рублей, возьми их и, когда ребенок родится, отдай его на воспитание евреям и заплати им. Я знаю, что найдется много таких, кто на это согласится. Если бы я мог сделать это сам, я бы тебя не утруждал, но за каждым моим шагом следят, и я не сумею осуществить свой замысел. Поэтому скажи мне, готов ли ты выручить меня, чтобы я не сошел в могилу до срока, и, если ты мне поможешь, я буду помнить это до конца дней". – "Живи моя душа, я не знаю, что тебе ответить, я сбит с толку". – "Хорошо, приходи сюда через три дня и дай мне ответ. Подумай три дня, хочешь ли ты спасти друга от гибели". В страшном смятении я вышел от него, и ума не мог приложить, что ему ответить. Всю ночь я провел в раздумьях, но под утро меня вдруг осенило: "У меня есть бедная сестра, которая с трудом сводит концы с концами. Отдам ей ребенка и деньги. И она будет счастлива, и друга своего я выручу", - и с этой мыслью я спокойно уснул. Я не стал ждать три дня, и в тот же вечер пошел к Шломо и рассказал, что я придумал. Он очень обрадовался и решил так и сделать. Ариэлю я сказал, что хочу навестить свою сестру и погостить у нее несколько дней, а сестре написал письмо, в котором известил ее обо всем. На третий день дочь Шломо родила сына, а еще через три дня мы отвезли его и его мать к моей сестре, и она осталась там до своей поправки. Сын ее был обрезан по еврейскому закону, и никто ни о чем не узнал.
Вернувшись в город, я был потрясен новостью, что Шломо снова попал в беду, так как в доме у него нашли инструменты для изготовления фальшивых монет, и многие засвидетельствовали, что получали от него медные монеты под видом золотых. Я понимал, что негодяи снова возвели на него ложное обвинение, но опасался говорить об этом вслух. Я начал их бояться, видя их злонравие. Они, как ядовитые змеи, жалили любого, кто не был с ними заодно. Только расположение ко мне Азриэля было мне защитой, и, если бы не он, кто знает, не добрались ли бы они и до меня. Когда я вернулся домой, Азриэль, качая головой, поведал мне о том, что случилось с Шломо и сказал: "Их ждет погибель, я знаю, что они плохо кончат и ничто им не поможет. Для меня не секрет, что Шломо невиновен, но они пришли ко мне посовещаться, как его погубить, и я тоже их устрашился. Как я могу воевать с ними на старости лет? Бог наказал меня тем, что я помог преступникам!" – слова его еще больше меня напугали, и я пребывал в страхе, постоянно ожидая несчастья.



(1) Иеремия, 8, 19: "из корня змеиного выйдет аспид"
ковры

Заблудившийся на дорогах жизни, 7-я гл. 3-й ч., пересказ. "Гнездовье хасидов"

6-я глава здесь пропущена, так как полностью состоит из рассуждений автора.

[Spoiler (click to open)]ГНЕЗДОВЬЕ ХАСИДОВ

Я пришел в город Цвуэль и направился в дом знаменитого мужа. Двор цадика был подобен двору сановника, окруженному домами его слуг. Пять домов на каменном фундаменте, построенные из прочных бревен, служили жилищем цадику и его детям. В доме, где жил он сам, размещался также молельный дом и дом для гостей, приезжающих издалека. Войдя в молельный дом, я снял сумку с плеча, полагая, что здесь можно остановиться на ночлег, как в любом молельном доме. Но я тут же убедился, что ошибся. Ко мне подошел служка и сказал:
- Что ты тут расположился? Здесь не гостиница.
- Я пришел сюда, чтобы повидать цадика, где же мне до этого жить? – удивился я.
- Живи там, где найдешь себе место, - равнодушно ответил он, - но здесь я не позволю тебе оставаться, пока мне не прикажут.
- А к кому мне обратиться с просьбой?
- К кому хочешь, но не ко мне.
- Прошу тебя, не откажи мне в милости и скажи, кого мне попросить, чтобы мне разрешили здесь остановиться?
- Кого? Ты не знаешь, что я в подчинении у габая?
- А где его дом?
- Его целый день нет дома, ты его там не застанешь.
- А где его найти?
- Здесь, в этом доме.
- Тогда укажи мне его, пожалуйста, и я с ним поговорю.
- Ему сейчас некогда разговаривать с такими, как ты.
- А когда такие, как я, могут удостоиться чести лицезреть габая? – спросил я, гневаясь про себя.
- Возвращайся сюда к послеполуденной молитве. Но я заранее могу тебе сказать, что он не позволит тебе здесь остановиться.
- Но что мне делать? Я не богач и не могу остановиться в гостинице. Что делают бедняки, которые приходят сюда послушать учение цадика?
- Те, кто ищет учения цадика, получают стол и приют, но ты только что сюда явился и еще не слышал его учения.
- Но я только для того и пришел, чтобы слушать учение цадика, так же, как и другие.
- Если бы мы всем, кто приходит, позволили здесь ночевать, то не осталось бы места даже во дворе. Мы даем приют только тем, кто допущен слушать учение цадика, но я не знаю, удастся ли тебе снискать его расположение. Может быть, твоя душа неспособна к познанию тайного.
- Разреши мне остаться здесь до вечера, пока не придет габай, и, может быть, он будет ко мне милостив.
- Не могу.
- Тогда я пойду бродить по городу до вечера, а сумку пока оставлю здесь.
- Нет, бери ее с собой, я не могу здесь распоряжаться ни в большом, ни в малом без дозволения габая.
- Но что от тебя убудет, если я оставлю здесь сумку? Есть она не просит.
- Хватит разговоров, я сказал тебе, что нельзя, - ответил он и повернулся уходить.
Удрученный, я покинул просторный дом, где было множество пустых комнат, в которых никто не жил, и где слуги не позволяли пришельцу приютиться в уголке. Я бродил по улицам и рынкам, пока не проголодался. Тогда я зашел в питейный дом, купил себе хлеба и молока, и завел разговор с хозяином, желая понять, как мне следует поступать и как вести себя с габаем. Я пересказал ему то, что услышал от служки.
- А зачем ты сюда явился? Что тебе здесь нужно? – спросил тот с сердитым видом, - Почему ты оставил жену и детей и пришел сюда искать хлеба праздности?
- Но я пришел к цадику, и я уверен, что тем, кто желает его увидеть, он в этом не отказывает.
- Разве ты не знаешь, что только богатые допускаются к цадику, и за это они преподносят подарки ему и габаю? Что ему до бедняков?
- А кто кормит бедняков, которые жаждут учения цадика?
- Они воруют талесы, чтобы прокормиться, - ответил он с недоброй усмешкой.
- Но, прошу тебя, не насмехайся надо мной, я пришелец и никого здесь не знаю. Я попросил у тебя совета, почему ты мне отказываешь?
- Если хочешь моего совета, то возвращайся сейчас же назад. Если ты прежде не воровал, то здесь ты обучишься этому достойному искусству, которое кормит тех, кто им владеет. Кого ты тут ищешь? И что? Ты ищешь учения? Ах, глупцы, они со всех концов страны приходят сюда за учением цадика! Разве дом цадика – это дом учения? Если твоя душа жаждет слова Божьего, иди в ешиву, там ты найдешь Тору. Если ты ищешь только веры, то иди работай и корми семью. Если же тебе нужна компания богохульников, то ступай в дом цадика, там ты будешь кощунствовать, кривляться, напиваться пьяным, лгать и воровать, что попадется под руку. Вот тебе мой совет, и вместо одного я дал тебе целых три, выбирай, какой хочешь.
Слова его поразили меня и привели в смятение. Я пришел к цадику, чтобы услышать то, чего не слыхал до сих пор. И я думал, что все жители Цвуэля хасиды. Может быть, он тут единственный миснагид? Как он не боится здесь жить? Если хасиды услышат его речи, его побьют камнями. А, может быть, он себе на уме и, говоря со мной, как миснагид, хочет проверить, действительно ли я предан цадику и хасидам. "Не иначе как он меня испытывает, но и я не прост, и сумею выдержать испытание", - решил я и сказал:
- Не подумай, что я пришел сюда ради удовольствий. Я с радостью обойдусь хлебом и водой, только бы увидеть цадика и услышать его речи. Я так же искренне верю в его чудеса, как и другие.
- Если ты и правда веришь в святость цадика, то я смилуюсь и задам тебе сена, а ночевать пущу в хлев к рогатой скотине, потому что там твое место, - презрительно ответил хозяин. Его слова еще больше смутили меня, но я остался при мнении, что он только притворяется, говоря о хасидах плохое. Надзиратели и главы ешивы тоже охаивают своих учеников, но заступаются за них. Может быть, этот человек просто ненавидит бедняков, за то, что не имеет с них дохода. Я сказал:
- Прошу тебя, перестань меня испытывать, ты можешь быть уверен, что я верю цадику так же, как и ты. Для чего тратить слова впустую?
- Ой, глупец! Я тебя испытываю? Пускай тьма поглотит цадика, пускай их унесет туда, где не ступает нога человека и скотины (1), и мы вздохнем свободно!
Услышав его искреннее проклятие, я понял, что ошибался, и он не притворяется. К тому же я знал, что ни один хасид не станет злословить цадика даже с целью обмана. И, хотя я не понимал, каким образом враг хасидов сумел уцелеть в городе, где они заправляют, я захотел оправдаться перед ним, чтобы не быть приравненным к скотине. Однако жена его не дала мне открыть рта. Услышав слова мужа, она рассерженно крикнула:
- Йехзекель! Неужели Бог помутил сегодня твой разум, что ты так разговариваешь с человеком из хасидов? Разве ты не знаешь, что такая птичка прочирикает повсюду, и тогда нам несдобровать. Смотри, как бы твои разговоры не довели нас до пожара.
- Прошу тебя, почтенная женщина, - с чувством вскричал я, вскочив с места, так как ее слова задели меня, - Не принимай меня за негодяя, который разносит сплетни. Я ни на кого в жизни не доносил и не ябедничал, и никогда не буду. Хасидский пыл во мне не настолько силен, чтобы ослепить меня и толкнуть на гнусности. И, если я увижу, что такое творят в доме у цадика, я там не останусь. Я рад был поговорить с твоим мужем, потому что мне всегда любопытны мнения разных людей, даже если они мне не по вкусу.
- Он не хасид и не дурачок, как я думал, - воскликнул хозяин, - Добро пожаловать, и признайся, что ты не хасид и не веришь в их бредни.
- Какая тебе разница, что у меня на душе? Я сказал тебе правду, что пришел сюда, чтобы послушать цадика, и, если бы я не верил ему, я не стал бы ходить так далеко. Но я вижу, что твоя жена права, - как ты не боишься, что твою брань и проклятия услышат жители города, и с тобой расправятся?
- Никто из жителей города не верит цадику и его чудесам, хотя все они такие же невежды в Торе, как и хасиды. Все знают, что этот проклятый дом – рассадник обмана, воровства и блуда. Нет греха, который бы там не творился, и все, кого ты спросишь, скажут тебе то же самое.
- В это невозможно поверить.
- Ты услышишь сам и убедишься.
- Мне все равно, верят они или нет, я пришел послушать цадика, и жители города мне не указчики, я верю только своим глазам и ушам.
- Значит, ты собираешься оставаться тут, пока не увидишь все своими глазами? А на кого ты оставил жену и детей?
- У меня нет жены и детей.
- Ты не хасид и не миснагид! – воскликнул он в недоумении.
- Откуда ты это взял?
- То, что ты не хасид, понятно из твоих слов. То, что ты не миснагид, я вижу по твоим делам, потому что Тора велит идти под хупу, если тебе исполнилось восемнадцать лет, и я до сих пор не видел никого, кто преступил бы этот закон, его не нарушают даже хасиды, которые презирают Тору. Это главная заповедь, из нее проистекает множество других, и тот, кто ей пренебрегает, подобен проливающему кровь и умаляющему образ Божий (2), он не человек.
- В одной ешиве я видел неженатых парней двадцати лет и старше, и никто их за это не срамил.
- Хотя я их не одобряю, но их можно оправдать. Может быть, они, как Бен Азай, решили, что душа их жаждет Торы.(3)
- Если ты судишь поступки людей согласно словам мудрецов, почему бы тебе не оправдать и меня, может быть, и я учился в этой ешиве.
- Потому что я знаю наверняка, что никто из чтущих Тору не забросит ее, чтобы отправиться в гнездовье хасидов.
- Тогда я скажу тебе, что я не один год учился в крупной ешиве, и ты зря меня винишь.
- Ты учил Тору и теперь ищешь наставлений у хасидов? – вскричал он, как будто громом пораженный, - Горе нам, Тора возложит на себя вретище (4) и будет рыдать. В эти скорбные времена, когда умножились те, кто ей пренебрегает, она возопит к небесам о том, что даже умудренные в ней изменили ей и стали заодно с хасидами, которые предают ее поруганию и ненавидят ее заповеди. Одумайся, пока ты не споткнулся, пока ты не перенял от них плохого, не стал пьяницей и не усвоил их нечестивых учений взамен Торы Божьей. Прислушайся к моим словам, пока ты еще не протянул руку Сатане, иначе ты пожалеешь, но сделать уже ничего не сможешь, и тебя никто не спасет.
- Но почему ты не помнишь слова мудрецов, что Тора служит защитой тем, кто учит ее?
- Мудрецы также сказали: "Кривое не может сделаться прямым"(5) - про того, кто отвергает слова Торы. И еще мудрецы сказали: "Тот, кто освобождает себя от законов Торы, не устоит в день бедствий"(6), и многое тому подобное. И, если ты поведешься с нечестивыми, то тебе нечего полагаться на Тору и поминать ее. Поэтому остерегайся становиться на их путь.
- Я сказал тебе, что сужу только по тому, что вижу сам. Поэтому не спеши отвратить меня от хасидов, пока я их не узнал. Прошу тебя об одном: позволь мне жить у тебя в доме за небольшую плату, пока для меня не нашлось место в доме цадика. Я уже сказал тебе, что я не богач.
- Живи у меня задаром сколько хочешь, я уважаю знающих Тору и потому ты мне понравился, и сердце говорит мне, что, когда ты узнаешь повадки этого проклятого племени, ты уйдешь от них и возненавидишь их так же, как и я, и как все честные люди, которые дорожат Торой и верой своих отцов.
Я поблагодарил его за оказанную милость, и заговорил с ним о Торе, чтобы обнаружить перед ним свои познания. Он тоже выказал познания в Торе и был мне рад. Это помогло мне снискать и расположение хозяйки, гордившейся своим отцом и братьями. Все они, по ее словам, отличились в изучении Торы, и в их семье не было ни одного мастерового.



(1) Иезекииль, 29,11: "Не будет проходить по ней нога человеческая, и нога скота не будет проходить по ней".
(2) из Талмуда: "Каждый, кто не производит потомство, как будто проливает кровь и умаляет облик Творца". Перевод взят с сайта: https://toldot.ru/rabbanim/rabbanim_5705.html
(3) Шимон Бен Азай жил во втором веке н.э. Всю жизнь оставался неженатым, сказав: "Душа моя жаждет Торы", хотя слова, приведенные в предыдущей сноске, тоже принадлежат ему
(4) Из Талмуда
(5) Экклезиаст, 1,15
(6) из Талмуда
ковры

Так вот кто эти ребята...

Помнися, на одном израильском говнофоруме один человек доказывал, что наши русскоязычные израпатриоты, они же сетевые воспитатели, которые сейчас получили общепризнанное название "сохнутовские тролли", - это люди, в прошлом связанные с КГБ. Человек этот казался не совсем адекватным, да и какое дело несчастным израильским эмигрантам в середине 2000-х было до давно несуществующего КГБ?

Но, похоже, "к нам явился мезозой"(С)...

В неожиданном уголке интернета вдруг выяснилось, что известный сетевой хам и "радетель иудаизма" с ником "Хахам" - тот, кого когда-то называли сексотами, то есть штатный доносчик и/или провокатор.

https://xaxam.livejournal.com/

И ясно тогда, что он не один такой...

Понятно, что израильские хозяева натравливали на нас этих "товарищей", которые были гнобителями не только по призванию, но и по профессии... Впрочем, они и сейчас еще кое-где вякают, небось в фейсбуке еще активны.;)
ковры

Самое сладкое

Вот что самое сладкое для истинного патриота Израиля:

... "разумеется, тотальный контроль полиции и Шабака за всеми жителями от моря до Иордана никуда не денется"...

Тут надо обратить внимание на слова "всех жителей", то есть, это даже не естественный страх перед арабами, это чистое наслаждение... Эстетическое, наверно... Напоминает родное местечко с кагалом...

А какие свободолюбивых ребят изображали из себя когда-то в России... И сейчас тоже, конечно...


https://nomen-nescio.livejournal.com/2001281.html
ковры

Стихи о старости - Черняховский

Стихи не только о старости. Во-первых, пейзаж хорош - весеннее утро, как будто открываешь дверь - а там воздух чистый, только в стихах им уже и подышишь... Подробности тоже любопытные: неплохо живет старуха - вдова раввина: бабка из соседней деревни священнику (!) в церковный праздник несет в подарок  всего-навсего хлеб и молоко, а вдове раввина захотелось вареников - у нее в погребе и сметана, и яйца, и творог (там в переводе Ходасевича "сыр", но я подозреваю, что речь шла о твороге).
Внучка ее тоже, наверно не бедствовала, значит, не от бедности в революцию приспичило...


[Spoiler (click to open)]ВАРЕНИКИ

Идиллия

I

Редкое выдалось утро, каких выдается не много
Даже весной, а весна — прекрасна в полях Украины,
В вольных, как море, степях! — Но кто же первый увидел
Прелесть прохладного утра, омытого ранней росою,
В час, как заря в небесах, розовея, воздушно сияет?
Жавронок первый увидел. На крылышках быстрых он взвился
Ввысь — и оттуда дождем просыпал певучие трели
И разбудил воробьев на крышах, дроздов на деревьях.
Солнце проснулось вторым; румяное, ликом пылает,
Стыдно ему, что оно запоздало, пора за работу:
Кистью слегка провести по цветку; золотистую пудру
Бабочке бросить на крылья; забытую струйку потрогать,
Чтобы чешуйчатой спинкой сверкнул проплывающий окунь;
Яйца лягушек согреть, пшеницы ленивые зерна
Поторопить — и пчелу разбудить лучом веселящим. —
Третьей старушка Гитл, вдова раввина, проснулась
И приоткрыла глаза. Лазурное, чистое небо
Синим повисло шатром. Едва пробившейся травкой
Выгон и поле сверкали. Покой надо всем простирался,
Храма пустого молчанье, — как будто сияньем и блеском
Поражены и земля, и небо — и сами дивятся
Чудной своей красоте...

С нагретой постели поспешно
Старая Гитл поднялась, накинула платье и руки
Под рукомойником медным помыла. Тяжелый и толстый
Был рукомойник, старинный. Боками сверкал и сиял он:
Чистили часто его кирпичом толченым. (В подарок
Гитл получила его от покойницы-тетки. А тетка
Ей рукомойник на память в день свадьбы ее подарила...)
Шепот у Гитл на устах: молитвы свои ежедневно
Тихо читает она. Глаза же смеются, сияют:
Кажется ей, что сегодня природа улыбкой умильной
Встретила Гитл, и весь мир ликует обильной красою.
Пестрый старухин кот услыхал, что хозяйка проснулась,
Жалобно жмется к ногам, и мяучит, и нюхает платье.
Впалы бока у него, и клочьями шерсть вылезает:
Время такое кошачье: что ночь — раздаются их вопли.
"На тебе, старый дурак", — на кота проворчала старуха
И, молока в черепок наливши, поставила на пол.
Жадно лакал его кот, устав от ночных похождений.

Глядя на это, и Гитл внезапно в себе ощутила
Точно такой аппетит. И явственно в нос ей ударил
Вкусных вареников запах... Вареники с сыром, в сметане...
Пар благовонный восходит над круглой горячею миской...
И улыбнулась старуха сама над собою: с чего бы
Это желанье у ней? — И стопы направила в погреб.
Погреб ее на дворе. Там сыр и горшки со сметаной.
Только спустилась она — вдруг лай услышала громкий
И человеческий голос: "Пошел ты прочь, окаянный!"
Э, да ведь это Домаха! А Сирка все лает и лает.
Тут подымает Домаха свою суковатую палку.
Видно, собачьей спине пришелся удар не по вкусу:
Взвизгнувши, пес побежал, на трех ногах ковыляя,
Хвост его между ног болтался, трусливо поджатый.

Вышла из погреба Гитл, встречать нежданную "гою".
"Доброе утро, Гитл". "С хорошей приметой, Домаха,
Нынче встречаю тебя: в руке моей полная миска".
"Мир тебе, Гитл", — и Домаха свой посох поставила в угол
Маленькой комнаты той, что для Гитл служила и кухней.
"Ну, а здоровье твое?" "Как видишь, Домаха, недурно.
Медленно я прохожу свой путь по милости Божьей.
Ты-то куда собралась?" "А в церковь, голубушка. Кстати
Хлеба с собой каравай да кувшин молока захватила.
Это отцу Василью: подарочек праздника ради".
"Разве же праздник сегодня?" "А как же? И праздник хороший:
Нынче Микола Малый, забыла ты? Ну, да и наши
Многие нынче выходят по праздникам в поле. Пропала
Вера в народе. К обедне — и то уж немногие ходят.
Все старики да старухи, насилу живые. Давно уж
Силы не стало браниться с ребятами. Все озорные.
Глянь на него: ведь щенок! А скажи-ка, чтоб шел он к обедне:
Сразу распустит язык: сегодняшний день, мол, такой же,
Как и вчерашний... Все хуже народ. И в церквах запустенье.
Входишь в ограду — там кто? Слепой, хромой да убогий.
Хмурая церковь стоит, а отец Василий — что туча.
Колокола зазвонят — как будто над церковью плачут...
Ну — и из ваших, положим, отступников тоже немало.
Тоже: трефное едят да жарят цыплят по субботам.
Помню, была я девчонкой: в субботу, бывало, все вымрет;
Дрожь по спине пробегала: так тихо и пусто на рынке.
Нынче же — стыд и срам: по субботам — продажа да купля.
Стыдно, ей-Богу, самой покупать у еврея в субботу...
Так-то вот, Гитля. А эти... Ну, — Залман хотя бы к примеру:
Третьего дня приходил, овец продавать. А ведь праздник!
— Залман, — сказала я, — слушай: ужель ты надеешься вечно
Жить да и жить на земле? Аль вовсе о смерти забыл ты?
Что тебе скажет Господь? Аль суда ты Его не боишься?
Праздник ведь нынче! — А он — к моему обращается сыну
И говорит ему: — Грица! Отдай-ка ты нам свою матку,
Пусть она будет раввином! — Ведь вот что сказал, безобразник!
Так-то... А что это, Гитля? Зачем тебе сыр и сметана?"
Ей со смущением Гитл отвечает: "Сама не пойму я.
Не было сил устоять: вареников так захотелось —
Просто беда! Говорят же в народе: что старый, что малый...
Долго живет человек, а все дураком умирает".
В это мгновенье до слуха донесся звон колокольный.
Палку схватила Домаха, и хлеб, и кувшин. "До свиданья".
"Путь счастливый тебе". — И гостья уйти поспешила.
— Правильно гоя сказала, — подумала с грустью старуха:
— Хуже и хуже народ! Мы плохи — а дети подавно!
Залман-торговец... А сын мой? А Рейзелэ, внучка? О, горе!
Дай им здоровья, Господь, — а все-таки разве такими
Были когда-то мы сами, и деды, и прадеды наши? —

Думая так, со стены сняла она доску большую,
Сбитую прочно из липы слегка розоватых дощечек.
Темные жилки по ней разбегались красивым узором.
Доску на стол положивши, берется старуха за сито.
Всыпала в сито она муки тончайшей, крупчатки,
Чтобы просеять ее рукой проворной и ловкой.
Снежною пылью, казалось, наполнились дырочки сита.
Снежная пыль расстилалась по гладкой доске и ложилась
Плотным покровом по ней, — сверкающим белым покровом.
Осенью первый снежок не так ли на землю ложится, —
Словно от князя зимы поцелуй и привет ей приносит?
Мелкою, белою пылью мелькает мука, ниспадая.
Вот — пронеслась, промелькнула, как облако. С каждой  пылинкой
Точно прошли перед Гитл минувшие дни и недели, —
Долгие годы страданий, минуты короткого счастья.
Вот она — девочка... вот уж — невеста... и мать... и однажды
Вдруг просыпается Гитл старухою, бабушкой... Вот уж —
Рейзелэ, милая внучка, дай Бог ей долгие годы...

Светлою снежною пылью сквозь мелкие дырочки сита
Медленно, тихо мука упадает на гладкую доску.
Гитл, наконец, подгребает ее, на доске образуя
Как бы высокий вал, окружающий впадину. Молча,
Быстрой и легкой рукой муку собирает старуха, —
В мыслях же — Рейзелэ, внучка, дай Бог ей долгие годы.


II

Чистый, невинный и нежный, глаза раскрывает ребенок.
Весь он — как замкнутый мир, и в душу его не проникнешь.
Дремлют до времени в ней и злые, и добрые силы.
Но подрастает ребенок под сенью родительских крыльев.
С матерью схож и с отцом; сначала их жизнью живет он;
Дни пробегают за днями; но вот... (Тут Гитл над мукою
Шесть разбивает яиц и белок и желток выливает...
Выливши, месит она рукою привычною тесто.
Вся изменилась мука: прозрачно-янтарная стала.)
Да, настает-таки день: из гнезда выпадает ребенок.
Всякий прохожий к нему рукою своей прикоснется,
Грязью своей замарает; и тяжко, и грубо касанье
Чуждой руки. Такова ли родителей нежная ласка?
Рейзелэ славно цвела, весь дом наполняя весельем;
Песенкой солнце встречала, как жавронок, ранняя пташка;
К вечеру склонится солнце — и Рейзелэ глазки закроет,
Чтоб отдохнуть от дневного чириканья, пенья, плясанья,
От обучения куклы молитвам, от игр на песочке...

Вскоре, однако ж, ее увезли из местечка далеко:
В город отец переехал. И лет через пять лишь старуха
Милую внучку свою опять увидала. Но что же?
В Рейзелэ Гитл не узнала прежнего птенчика. Только
Несколько быстрых мгновений в объятиях бабушки нежной
Слушала Рейзелэ голос минувшего. Но промелькнули
Эти мгновенья, и внучка прекрасные глазки раскрыла,
Словно безмолвным вопросом в старухино сердце глядела,
Чтоб разгадать это сердце, для Рейзелэ ставшее чуждым.
Видела, видела Гитл, что все изменилось, что даже
Сын ее — словно другой. Но глаза закрывала старуха,
Точно боялась она смотреть на все, что творится.

Тесто же стало меж тем на топаз индийский похоже.
Гладкую скалку тогда старуха взяла и по тесту
Крепко ей стала водить по всем направлениям, чтобы
Тесто свое раскатать широким и правильным кругом,
Чтобы его толщина повсюду была равномерна,
Чтобы нигде ни бугров, ни впадин на нем не осталось.
Вот уже тонко оно, как будто прилежным рубанком
Сглажено... Только порой упрямилось липкое тесто,
Цепко, упорно хватаясь за гладкое дерево; к скалке
Точно ласкалось оно, прилипая упрямо и прочно...
Долго с ним Гитл провозилась, умело с работой справляясь.

Минуло целых два года меж этим свиданьем и новым:
Вот уже внучка ее — гимназистка, в коричневом платье
Форменном. Узкие плечи и тонкая талия тесно
Схвачены платьем казенным, как будто бы мощной рукою.
В Рейзелэ все по порядку, по форме, по мерке. Стесненно
Ручкою движет она по указу начальства. Поклоны
Делать ее научили и взвешивать каждое слово.
Книжка в руке у нее: сочинения Пушкина, в красном,
Пышном таком переплете с тисненьями золотом. Книжка
Резелэ строгим начальством дана "за успехи в науках
И прилежанье". За книжкой весь день просидела девчурка,
Стих за стихом нараспев, отчетливо, громко читая.
Пламя в глазах у нее, и пламенем щеки пылают.
Книжка была драгоценна и внучке, и Гитл. Ежедневно
Рейзелэ книжку читала; когда же она засыпала,
Пушкина ставила Гитл на полку, где прочие книги:
Зено урено и тхинос, что сложены Саррой бат Тувим.
Сердце старухино, правда, ее укоряло за это, —
Все ж оправданье она находила такому треф-посул.
Книга ведь эта была не то, что прочие книги
Рейзелэ...
В эту минуту стакан достала старуха,
Крепко его приложила к готовому тесту, нажала, —
Словно отточенный нож, краями он врезался в тесто,
И получился кружок, а потом и другие такие ж,
Как близнецы, иль сосуды, по форме отлитые общей.

Клещи порядков и правил впиваются в душу ребенка,
Сдавят ее — и по воле, которой противиться тщетно,
Все бытие малыша в суровую форму втесняют.
Вот уж душа у ребенка запугана, скомкана, смята
Долгим и тягостным гнетом, готовым ее уничтожить.
Все убывает она, как свеча под порывами ветра.
Вот уже нет ее вовсе. Но некогда день наступает —
Школу свою ученик покидает, и все его мысли —
Мысли прочитанных книг, и душа его — тоже из книги.
Смотрит на мир он глазами учителя. В гнете учебы
Душу свою потерял он — на время...

Тут сыру достала
Гитл, и растерла его, и в глиняной миске смешала
С яйцами. Взявши потом немного этой начинки,
Гитл положила ее на один из кружков, что стаканом
Были нарезаны. Сверху — таким же накрыла кружочком.
Тесто рукой по краям защипнула — и слиплись кружочки.

В школе ребенка душа за себя перестала бороться;
Все получила она из рук учителя чуждых,
Чуждым ученьем прониклась... Но время проходит, из класса
В жизнь вступает она: родным и наставникам радость.
Но из-под гнета оков порой вызволяет ребенок
Душу свою, и она сокровенною злобой, враждою
Вечною полнится к тем, кто ее заставлял поклоняться
Чуждым святыням. Но как же излить ей досаду и горечь?
Вот и влечется она ко всему, что мучители прежде
Ей запрещали так строго...

 Но годы промчались, и к бабке
Рейзелэ девушкой взрослой в родное гнездо возвратилась.
Только веселья былого не стало в ней. Взор углубился
И опечалился. Молча сидела она и читала
Денно и нощно, пока керосину в лампе хватало.
И захотела старушка порадовать внучку. Из шкафа
Пушкина вынула Гитл. Но губы скривила в гримасу
Рейзелэ, так что старухе обидно за Пушкина стало,
Словно обида его ей в самое сердце кольнула.
И с огорчением Гитл поставила книгу на полку,
Рядышком с зено-урено и тхинос... Еще не готовы
Были вареники Гитл, а там, на плите, уж кипела,
Пар воздымая, вода, — и в горшке пузыри клокотали.
Стала вареники класть в кипяток старуха — и в клубах
Пара сокрылись они...
                                       Но залаял Сирка, и тотчас
Ясно донесся до Гитл мужской разгневанный голос.
Вышла старуха во двор и увидела там почтальона.
Рейзелэ почерк знакомый узнала она, и, вернувшись,
С радостно бьющимся сердцем конверта края разорвала,
Ближе к окну подошла, чтобы видеть яснее... Но бледность,
Бледность смертельная вдруг лицо покрывает старухе.
Вот ухватилась она за край стола, чтоб на землю
Прямо не грохнуться тут же. Но вот — овладела собою,
Села на стул и читает... Строк десять, не более, было
В этом письме, но как много сказали старухе те строки!
"Я арестована, жду суда в Петропавловке". Значит...
Рейзелэ, значит, в тюрьме?.. О, Рейзелэ, Рейзелэ!.. Боже!
Мнится старухе, что ближе, все ближе ужасное что-то...
Вот уж близко совсем — подошло, навалилось и давит.
Сил у нее не хватает от ужаса скрыться. А мысли —
Мысли бегут, обрываясь, тускнеют, мешаются, меркнут...
Села старуха и смотрит невидящим взором.
                                                                           А солнце
Теплое солнце весны, поднялось и залило светом
Поле, и лес, и луга. И луч на лице у старухи
Тихо играет; она же сидит неподвижно и слышит
Рокот и ропот воды, клокотанье, бурленье, — и видит
Пар над горшком, пузыри — и вареники в пене кипящей.

1902
Перевод В. Ходасевича